Любовь Лешукова: Верить, любить, стремиться

Полуденный свет не проходит сквозь черные шторы, висящие на окнах святая святых театра «Мимикрия». Здесь, на темно-синей стене висят черно-белые фотографии, с которых редким посетителям улыбаются дети. Среди этих детей – портрет маленькой девочки, с огромными бантами в волосах и не по-детски мудрыми глазами, а снизу подпись: «Любовь Лешукова».   

Встреча с директором и режиссером театра «Мимикрия» назначена на 12 часов. Я обращаю внимание на свой хронометр: 11:59, и в эту минуту Любовь Юрьевна появляется в репетиционном зале:

- Так значит это и есть место, где происходит все волшебство?

-  Да, здесь мы и репетируем. Но  мы еще даже ремонт не доделали во второй половине помещения, мы переехали сюда в январе, до этого работали в «Фаворите».

- Возникают ли какие-либо творческие трудности в связи с переездом?

- Очень сложно перенести действие спектакля из помещения, в котором я нахожусь с актерами в одной плоскости на сцену. Я, конечно, стараюсь представить, как действие будет выглядеть на ней, но когда мы работаем, творческий порыв порой уносит от этих мыслей. Но, мы с этим успешно справляемся.

«Смерть – невидимая сила»


- Давайте поговорим о вашем последнем спектакле, он называется «Преодоление». Он поставлен по мотивам произведения Пабло Неруды «Сияние и смерть Хоакина Мурьеты». В чем новизна этой постановки, и есть ли что-то общее с рок-оперой «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты»?

- Общее, разумеется, есть. Что касается переводов Неруды, то для рок-оперы, Ленкома и, в конечном итоге просто дословный перевод текста – это все заслуга Грушко. Благодаря переводам, по-сути совершенно разным, но похожим по стилистике, нам удалось познакомиться с другими произведениями Неруды, которые, так или иначе, оказали влияние на формирование общего стиля. Скорее всего, то, что объединяет «Преодоление» с рок-оперой, это появление на сцене самого героя, образа смерти и образа звезды. В самом произведении этих образов нет, это находка театра. Без этих персонажей историю не показать, должна быть какая-то невидимая сила, которая бы имела некое визуальное воплощение, в нашем случае – это образ смерти.

- Смерть – основное конфликтное звено спектакля?

- Да, смерть, которая ведет человека. Мы говорим о тропинке, дорожке жизни от рождения к смерти,  вот и получается, что мы просто идем к ней, а смерть ведет нас по каким-то препятствиям, трудностям. В спектакле ведется некая игра провокаций смерти: «а справится ли человек вот с этим? А как быть с этим искушением?». 

- Звучит довольно мрачно, есть ли какая-либо надежда?

- Спектакль довольно трагический. Сама по себе история не смешная, она похожа на легенду. Атмосфера, которая чувствуется, это картинки из прошлого, хоть и в современной фактуре. 

-Откуда появилась идея поставить именно этот спектакль? 

- Идея… Я очень долго искала материал, мне вообще сейчас, кажется, не хватает героя. Героя, но опять же не такого героя, как богатырь, грубо говоря, а героя, который, несмотря на то, что жизнь сталкивает его с преступниками и мерзавцами, все равно сохраняет в себе какую-то человечность. Для меня эта история о проблеме обесценивания человеческой жизни в наше время. Жизнь, она ценна чем? Она ценна какой-то мечтой, верой, любовью, дружбой, но вот именно эти ценности и разрушаются.

- Образ Хоакина Мурьеты довольно схож с образом Робина Гуда, в чем его главное отличие?

- Он ближе к нам сегодня. Действие произведения происходит во времена «золотой лихорадки». У нас сейчас тоже лихорадка, только черная. Мы качаем нефть, качаем деньги, мы пытаемся значительно обогатиться и, притом, легко.

Театральный фестиваль в Тюмени: Зимний взят!

- «Театральная революция», взят ли театральный Зимний дворец на этот раз?

- Да. Мне кажется, может быть, как никогда, потому что мы вышли на какой – то диалог с администрацией. То, что публика с нами, это бесспорно, и это очень хорошо, наполняет надеждой то, что молодежь интересуется этим фестивалем.


- В 2012 году «революцию» стоит ожидать?

- Да, тем более что мы заручились правительственной поддержкой.

- Говоря о планах на будущее: чего ожидать любителям «Мимикрии» в ближайшее время?

- В ближайшее время у нас будет один новый жанр, я пока не буду раскрывать секрет проекта, но это будет направление, в котором мы себя еще не пробовали. Также будет уличный спектакль, а в июле мы едим на фестиваль в Норвегию представлять Россию.

- Можно ли считать это каким-то личным «преодолением»?

- Да, это та звездочка, ради которой мы очень долго трудились. Когда нам сообщили, что мы прошли, мы только что потеряли помещение, а в этом фестивале уже давно не участвовала Россия. 

- Как вы себе представляете зрителя театра «Мимикрия»?

- Ой, у нас такие разные зрители… 

- Но, что-то общее у людей, которые приходят на ваши спектакли, должно быть?

- Любознательность. Это те люди, которые интересуются жизнью, которые хотят что-то узнавать, которые стремятся к чему-то, которые способны удивляться жизни. Свежий взгляд, способность просто увидеть, удивляться миру, который кажется таким знакомым тебе, который так уже надоел, вот черта и нашего театра и нашего зрителя.

- Говоря о казусах профессии: что из незапланированного происходит чаще всего?

- Чаще всего что-нибудь ломается или забывается. Вот недавно у нас парус упал во время спектакля, ну, он, конечно, очень артистично упал, прямо во время бури, но все же это было не по сценарию. Вообще, для меня работа в театре это сплошные улыбки. Забавных случаев происходит очень много.

Слон в удаве или Маленький принц?


- Театру «Мимикрия» уже немало лет. Стали ли его актеры для вас больше, чем просто коллегами?

- Они – мои близкие, любимые родные. 

- Любовь Юрьевна, у вас есть жизненный девиз? 

- Верить, любить, стремиться. 

- Что Вы больше всего не любите?

- Я не люблю ложь, не люблю неискренность и какие-либо общечеловеческие пороки: жадность и прочее.

- А что больше всего любите?

- Жизнь и театр.

- И что же для Вас театр?

- Это жизнь. Яркая, чистая, интересная, бурная, кипящая жизнь. 

- Ну и последний вопрос: что скрывается под шляпой «Мимикрии»?

- Слон. Это аллюзия на Сент-Экзюпери. На самом деле, этот логотип был разработан нашей художницей Машей, у нас постоянно обыгрывалась буква М в названии, а теперь эта "М" спряталась в шляпу. 

С директором и режиссером театра «Мимикрия» беседовал Павел Захаров

29 марта 2011
Обсудить на форуме

Добавить комментарий

Вы можете отправить сообщение, авторизовавшись с помощью "Вконтакте"
Вы можете отправить сообщение, авторизовавшись с помощью "Facebook"
Вы можете отправить сообщение, авторизовавшись с помощью "Twitter"
Вы можете отправить сообщение, авторизовавшись с помощью "Google"
Вы можете отправить сообщение, авторизовавшись с помощью "Одноклассников"

Комментарии(0)

НАВЕРХ
Помощь онлайн
Are you from Tyumen?
Yes No
Then open a franchise of our portal in your city!
Learn more!